kroharat

Для Леши и Жени

Огромный бант из черной саржи смотрелся на ее серебристых кудряшках совершенно неуместно. Гольфы съехали к лодыжкам, собравшись неопрятной темно-серой гармошкой. Платье черного бархата было великовато и сползало с одного плеча.

«Эх ты, кроха…» - подумал Макс. При виде этой несуразной девчонки в его темном, совершенно черством сердце шевелилось что-то, похожее на жалость… или сочувствие… или нежность? Старый маг, давно уже чуждый человеческих чувств, путался в определениях.

- Пойдем, дитя мое! – голос его звучал повелительно и сухо. Протянув девочке руку, он нетерпеливо притопнул. Еще не хватало давать этим чванливым вельможам повод для сплетен!

Кира, понурившись, осторожно взялась за протянутую ладонь и, чуть косолапя, поплелась следом…

При дворе судачили. «Какое будущее ожидает ребенка с этим ужасным человеком!» «Бедное дитя и так натерпелось – моментально лишиться обоих родителей и всех братьев – а ведь такое дружное семейство было…» «Вечный траур – вот что предстоит бедняжке Кире. Никаких детских забав, черная роба и высокая башня в старом замке – вот ее удел… Не повезло бедняжке с дядей…» «Да жива ли она еще, бедная девочка? Со дня похорон ее не видала ни одна живая душа…»

Макс, услышав очередную сплетню, только фыркнул – и покосился на Киру, уютно устроившуюся на теплых шкурах у камина. Платьице из светло-голубой тафты с кружевными оборками шло ей куда лучше черного балахона; серебристые кудряшки, не стянутые бантом, весело подпрыгивали в такт задорному детскому смеху. Огромный щенок из породы Гончих шутливо нападал на девочку, припадая на передние лапы – а она старалась пощекотать его мягкое теплое пузо. Оба были счастливы своей незамысловатой игрой.

Макс усмехнулся. Чуть покопавшись на столе, заваленном свитками, магическими кристаллами, свечными огарками и другими непонятными предметами, он достал кисет и короткую вересковую трубку с вязью рун на ободе трубочной чаши. Чубук трубки был украшен кольцами из странного, тускло поблескивающего металла. Старательно и неторопливо – чувствовалось, что магу это доставляет удовольствие – Макс набил трубку табаком из кисета, осторожно уминая его пальцами. Потом прищелкнул особым образом – на кончиках пальцев веселым чертиком заплясал рыжий огонек. Раскурив трубку, Макс довольно зажмурился и вытянул ноги поближе к огню.

- Дядя Макс… Ты колдуешь?

Чуть приоткрыв один глаз, маг увидел, что Кира, оставив щенка в покое, внимательно наблюдает за ним, чуть склонив голову набок. «Совсем как Майя…» - подумалось ему.

Вздохнув, он сел прямо и приглашающе похлопал себя по костлявому колену. Кира, расплывшись в довольной улыбке, тут же вскарабкалась к дяде на колени.

- Почему ты думаешь, что я колдую, дитя мое?

- Потому что ты выдыхаешь дым, совсем как дракон на сторожевой башне – но ты не дракон! А дым – волшебный, это сразу видно!!

Чуть прищурившись, Макс пристально посмотрел на племянницу и невесомо провел рукой по серебристым кудряшкам.

- Откуда ты знаешь, что дым волшебный, Кира? Что в нем особенного?

Кира насмешливо и как-то удивительно по-взрослому посмотрела на старого мага.

- Ну я же вижу… Башни и площади, людей и зверей, солнце, море и большую скалу вдалеке… Такие же башни и скалы было видно, когда мама варила в котле волшебный туман. И она говорила, что это – колдовство! Значит, и ты колдуешь.

Макс хмыкнул.

- А тебя мама научила варить туман?

Личико Киры на миг помрачнело.

- Нет. Мама говорила, что этим летом научит меня колдовать – и подарила мне флейту. Старая Маба учила меня петь. А папа сказал, что мои туманы – не в котле, а в музыке. А потом они все… - Кира шмыгнула носом и вся словно скукожилась. Макс, обняв девочку, принялся тихонько укачивать ее, приговаривая:

- Ну, ну, кроха… все пройдет… спи, дитя мое… Спи крепко.

Кира, все еще всхлипывая тихонько, умастилась поудобнее на дядиных руках и, уже засыпая, спросила вдруг:

- А меня ты научишь  выпускать волшебный дым, дядя Макс? Я тоже хочу быть магом, как ты…

- Нет, дитя мое. Девочкам курить вредно! – он чуть улыбнулся, и легонько стукнул Киру по носу. – Зато я научу тебя играть на флейте. И петь. И тогда уже посмотрим, какие волшебные туманы живут в твоей музыке. Видишь ли, дитя мое… - но Кира уже спала, посапывая чуть слышно – и не было на земле места уютнее и тише.

Макс, снова хмыкнув, осторожно убрал со щеки спящей племянницы серебристый локон. Если бы в замке был еще кто-то, он не поверил бы своим глазам – старый маг с темным и насквозь черствым сердцем нежно улыбался, глядя на спящего ребенка. А потом, одной рукой раскурив погасшую было трубку, принялся ворожить новый Мир на кромке ночи – с башнями и площадями, морем и скалой вдалеке… Туманные, призрачные сперва силуэты, словно сотканные из перламутрового трубочного дыма, наливались светом, оживали, обретали объем и цвет – и казалось, что где-то вдалеке вплетается в шорох трав и шелест морского прибоя неумелая еще, хрупкая мелодия флейты…

- Ну ты же понимаешь, что это аномалия? Такого просто не может быть, Сережа. Ты явно что-то напутал… Астрономия – это все-таки точная наука. А ты мне тут сказки рассказываешь…

- Да ты сам посмотри, Арон! Сам посмотри, снимки же есть… Вот – 12.12.2009, созвездие Тельца, Плеяды на месте. Вот – 13.12.2009, созвездие Тельца, Плеяды пропали – как будто их там никогда не было!!! А вот – 31.12.2009, созвездие Тельца – то есть бывшее созвездие Тельца. Извольте любоваться –  звезда класса О, голубая красавица, светимость порядка 1300000… Только вся проблема в том, что еще вчера ее там не было…*

- Невероятно, Сережа… Так не бывает! Не бывает, ты понимаешь?!...

- Понимаю, Арон. Но – она есть. Ее там не может быть, но она там есть… Давай напьемся, а? А завтра проснемся и… и я не знаю, что лучше – чтобы она там по-прежнему была или чтобы ее там не было…

- Невероятно… Слушай, а тебе не кажется, что если вот так, так и так – очень похоже на трубку? Короткую курительную трубку из вереска… Переименуем Тельца, а, Серег?

- Скорее уж флейта – вот, смотри… Голубую красавицу в центр, а здесь вот так и так…

- Ну… флейта так флейта… Хотя… Созвездие Курительной трубки – что-то в этом есть…

alex_levitas

• Впрочем, иного я и не жду.

stalic

Вот он начинает рассказывать о том, как его, азербайджанца, покорили узбеки. Просто приехали и уговорили сделать то, что им было нужно.
- А как я им мог отказать, когда они приехали ко мне и привезли с собой весь этот хлеб? Столько видов лепёшек, одна лепёшка лучше другой – надо же, везли из Ташкента в Баку!
И я понимаю – сердца-то у нас обоих стучат в одинаковом ритме, в унисон.
Он описывает мои любимые с детства лепёшки, как чудо, а у меня в голове рождается мысль о том, что и я не отказал бы таким послам, да и вряд ли бы кто вообще сумел отказать людям, которые приносят в подарок хлеб.
Да, послушайте моего совета! Идите в гости с хлебом в руках. Если плохо примут – не печальтесь о таком человеке. Но я знаю, мне опыт всех поколений, живших прежде меня, подсказывает - примут хорошо!
( Read more... )

profmedicine

Счастье – весьма расплывчатое
понятие. Извечно представляется оно нам ускользающей птицей синего оттенка,
единственным мигом, повторить который невозможно.

Малыш, тянущий к тебе руки,
говорящий: «Я так скучал, так скучал, почему ты так долго не приходила?».
Счастье – понимать, что тебя ждут? Стоять на остановке, отражаться в глазах
любимого, чувствовать каждой клеточкой тела присутствие самого дорогого
человека. Счастье – знать, что твои эмоции можно с кем-то разделить?

profmedicine

Да, товарищи, время идёт. Причём
неумолимо. Кажется, ещё недавно в классе сидела, уроки прогуливала, бегала в
столовую на переменках. А теперь вот другие идут в мою школу с охапками цветов
и белыми бантами в опрятно заплетённых косах.